Антон Владимирович
Судак в декабрьской тишине ведёт себя осторожно и расчетливо. Лёд уплотняет звук, поэтому даже слабый удар сапога разносится по акватории, словно колокол. Я начинаю путь к точке ловли ещё во тьме, опережая дневную суету. Шуму нет — только хруст снежной корки и негромкое поскрипывание санок. Хищник привык кормиться на границе руслового свала и ровного плато, поэтому первой сверлю серию лунок по дуге, имитирующей изобату пятиметровой глубины. На эхолот-фонарике «синус-скан» сразу видно плотную стаю подлещика: рядом всегда ждёт судак.
Среда и повадки
Полюбившиеся судаку участки напоминают лабиринт: чередование ракушечной гряды, «барханного» песка и пятен ила. Плотность растворённого кислорода зимой падает, поэтому хищник держится у зон с микротоком, где подлёдная форточка не захлопывается. При минус пятнадцати вода близка к температуре аномальной плотности, что сдвигает термоклин к поверхности. Судак собирается под ним и перемещается волнообразно — при грамотной расстановке лунок поклёвка происходит через три-пять минут после первой подсветки приманки.
На рассвете я ставлю лёгкую балансир-пластину длиной 55 мм цвета «горячий барс». Светоотражающее напыление иридия создаёт внутри льда вспышки, похожие на биолюминесценцию ряпушки. При низкой облачности дополнительно подвешиваю шарик из хромистого вольфрама — так формируется двойной акустический сигнал: високамплитудный удар балансиром и дробный звон шарика. Гидроакустика показывает, что хищник реагирует прежде всего на контраст громких и тихих импульсов, а не на размер.
Тактика поиска
Рабочая схема «веер» подразумевает смещение каждые двадцать минут на пять-семь метров по часовой стрелке. Я держу темп: бур «зубер» диаметром 110 мм проходит лёд в 40 см за семь оборотов. Лунки промеряю маркерным грузом с «ламинарным хвостом», исключающим кильвагу. Если глубина меняется резче, чем на двадцать сантиметров, добавляю вспомогательные точки для контрольной проводки. Судак держится чуть выше дна при пасмурном небе и плотнее к субстрату при солнце, этот сдвиг учитываю, опуская приманку на ладонь выше или непосредственно ложа на грунт.
Клев стартует волнообразными сериями. После первой поимки оставляю снасть во льду, надеваю перчатки типа «варм-грипп» и тихо освобождаю рыбу. Использую «петлю хирурга» — узел без паразитного жёсткого участка, который быстро развязывается даже при температуре —20. Эти секунды экономят драгоценное окно активности.
Снасть без лишних узлов
Удильник собираю лёгким: хлыстик карбон T40, катушка «инлайн» с фторкарбоном 0,22 мм. Кивок ставлю из лавсана толщиной 0,15 мм, он эластичен при морозе, не ломается от кристаллизации влаги. Запасная оснастка хранится в тубусе, обогреваемом химическим грелом «соль-реактор». Температура внутри держится +12 градусов, что исключает микротрещины на поводках. На случай сильного бокового ветра применяю ледяной щит — вырезаю прямоугольник льда из опустевшей лунки и ставлю вертикально, создавая забор от порывов.
Приём «шахтная вибрация» приносит результат в глухозимье. Я опускаю приманку на дно, медленно поднимаю на 10–12 см и фиксирую на две секунды. Затем следуют два коротких взмаха кистью, после чего снасть остаётся неподвижной. Судак атакует на паузе, чувствуя колебание боковой линией. Здесь важен «коэффициент перкуссии» — подбираю массу приманки так, чтобы она посылала в воду удар выше 85 дБ, иначе хищник не откликается.
Безопасность и этика
Арктический ветер вытягивает тепло быстрее любой другой стихии. Лёд, похрустывая, напоминает: пространство между рыболовом и водой — всего полметра. У меня всегда надет спасжилет-безрукавка с карманом для «самоспасов» — металлических шипов на верёвке. Стельки из «аэрогеля» держат стопу тёплой, спасая от обморожения, а компактная ракетка-рованда помогает подать сигнал при тумане.
Норматив вылова в регионе — пять килограммов. Лишний хищник после короткого фотокадра уходит назад, набирая силу для нереста. Фотосессия длится меньше тридцати секунд: рыбу держу над лункой, руки заранее намочены во избежание повреждения слизи. Хищник уходит, хлопая хвостом, а я не прерываю цикл проводок — стая ещё на месте, и игра балансира снова заводит под лёд серебристые силуэты.
Зимняя ловля судака заставляет работать с геометрией дна, акустикой, температурой и физиологией рыбы. Каждая деталь — от цвета балансир-пластины до угла постановки лунок — создаёт мозаику. Когда отдельные куски сходятся, ледяная равнина вдруг оживает резкой, мощной потяжкой за леску, и в этот момент чувствуешь, что многослойная зима раскрыла тайну полярного хищника.