Антон Владимирович
Первые встречи с амуром случилось ещё в студенческие годы на Ахтубе. Тогда я недооценил этого азиатского переселенца. Сейчас каждый выход к воде для меня — дуэль, где точность деталей возвышается над силой мускулов.
Среда обитания
Теплолюбивый гурман держится в плёсах с глубиной два-три метра, рядом с полосой рдеста и суженых зарослей урути. Плавающую ряску он воспринимает как шведский стол, насторожиться мутной струи: прозрачность хотя бы полметра повышает его активность. На глинистом дне ищу «пятачки» чистой гальки — там трава короче, а значит, приманка окажется в поле зрения быстрее.
Тонкости снастей
Удилище беру тестом 3,5 lb, строем — fast-parabolic: вершинка сглаживает бросок пелетса, комель гасит стартовый вихрь рывков. Катушка карповая — «6000», передатка — 4,7:1, металлическая шпуля вмещает 230 м шнура 0,25 мм. Применяю дифференциальную огрузку: сверху скользящее оливко 70 г, ниже стопор-«сниффер» — силиконовая втулка, не дающая грузу разбивать узел. Поводок флюорокарбоновый 0,33 мм длиной метр. Крючок № 4, выгнутый под жабу (угол — 6°), после зенкования абразивным конусом цепляет кожу губы, а не мясо — ранка затягивается быстрее.
Прикормочный калейдоскоп
Амур — вегетарианец, однако игнорировать белок в период жора — ошибка. Смесь строю в пропорции 3:1: ржаные хлопья, кукуруза молочно-восковой спелости, протеиновые гранулы. Последние известны как «пелетс», распадаются слоями, создавая ароматный шлейф. Чтобы удержать рыбу, добавляю мозговую прикормку: влажная крошка крахмала с бетаином размазывается по кормушке и образует облако мутного сладкого пара. Растворимый аттрактант «Melon-Anis» служит финальным акцентом — сладость дыни перекрывает травный фон.
Расписание клёва
Жаркий полдень парализует стаю, тогда выхожу на воду в сумерках. На рассвете амур патрулирует верхние слои, вспенивая зеркало плавниками. Рабочая зона — дистанция 40–60 м. Ветер юго-восточный приносит кислород, и хвостатый гурман смещается ближе к бровке. Давление свыше 760 мм рт. ст. прибивает корм к дну, и bites увеличиваются лишь в вечерней прохладе.
Вываживание и финал
После подсечки амур идёт стеной, будто буксир сгоревшего теплохода. В этот момент спасает фрикцион, выставленный на 30 % разрывной нагрузки. Подсачек держу в воде, флажная сетка минимизирует потерю слизи. Для обессиленного гиганта использую матагамон — плотный коврик с бортиками. Пульс жабр стабилизируется через полминуты, после чего снимаю крючок экстрактором-тихоходом. Сбрызгиваю прокол антисептическим спреем и возвращаю серебристую торпеду домой, наблюдая, как она растворяется в лентах кувшинок. Рыбалка окончена, но азарт подпитывает следующий выезд, ведь амур оставляет в памяти вспышку живого серебра и запах горячей камышовой шевелюры.