Антон Владимирович
Лёгким потрескиванием флюорокарбона начинается моя очередная встреча с зимаревой хищницей. Щука обожает межсезонный контраст: стремительный поток и застойные котлы образуют живую шахматную доску, где брызги играют роль фигур, а спиннинг — дирижёрская палочка.
Выбор снасти
Я опираюсь на удилище класса Medium-Heavy с тестом 10–35 г. Такой диапазон пригоден для «джерк»-воблеров и массивных свимбейтов. Длина 2,4 м дарит достаточную дистанцию заброса и контроль. Комель с интегральной жёсткостью 80 % гасит рывки, а вершинка с модулем ELM (Extra Lively Nose) сигнализирует о контакте с донными корягами быстрее эхолота.
Катушку беру в размере 3000 по «шима» шкале, передаточное число 6,2:1. Такая пара вытягивает три десятка метров шнура без латентной вибрации. Леска — плетёнка #1.2 PE с разрывной нагрузкой 11 кг, поверх неё ставлю полметра фторуглерода 0,6 мм — он гасит «фиговое» зрение щуки и защищает от порезов о клык.
В коробке храню раттлины с частотой 65 Гц, классические глиссирующие «колебалки» до 28 г, а ещё «свайбейт» (плавающий гибрид, сочетающий свойства swimbait и vib). При низком давлении выручает «вертушка» с сердечником из вольфрама: инерция вращения выше, звук плотнее.
Поиск стоянки
Сентябрьская щука удерживается под границей термоклина, правда, в пасмурный день поднимается к прибрежным кувшинкам. Хожу по берегу серпантином, отмечая обратную струю у отмели, сбитые ракушками гряды, карман с травой — там сеголетка прячется, а значит и хищник рядом.
Во время разведки кидаю «офсетник» с силиконовой рыбкой, поднимаю его ступенями и отсчитываю секунды падения. Если счётт дольше четырёх, глубина достаточна для джерка, короче — работаю поверхностниками. Такой метроном вычерчивает карту дна в сознании.
Тактика проводки
Щуку заводит акцентированный «хедшейкинг» — резкое смещение головы приманки вправо-влево. Достигнуть эффекта помогает рваная проводка: три коротких твича, пауза, лёгкое ускорение катушкой. На паузе удилище держу под углом 60°, чтобы шнур образовал мягкую дугу, поклёвка выглядит как чуть заметное провисание.
Подсечку выполняю на выдохе, переправляя массу тела на заднюю ногу: приём «самум» снижает риск обрыва. Щука первые двадцать секунд стремится к коряге. Я стравливаю пару метров, форсирую подъём, затем разворачиваю рыбу к поверхности фигурой «восьмёрка». Сачок из капроновой сетки держу левым локтём, правая рука остаётся на рукояти.
Зимой подо льдом хищница ленится, сбивается в ямы и реагирует лишь на вибрацию с низкой амплитудой. В декабре спасает балансир с офсетным хвостом — он колеблется, словно тонкая ива под наледью. Весной, когда мутнеет вода, ставлю блесну цвета «антрацит». Контраст поднимает видимость на лишние полметра.
Частая ошибка новичков — упор на равномерную проводку без анализа аэрации. Пузырьковая дорожка от дна предупреждает о сероводородных зонах: там хищник пассивен. Лучше сместиться выше по течению, где кислородный клин насыщает воду и рыба бодрствует.
Когда туман укутывает плёс, я напоминаю себе простое правило: слушать речную акустику. Плеск малька, свист ветра в камышах, шорох песка под подошвой — эти звуки слагают партитуру, по которой щука выходит на сцену. Спиннингист превращается в дирижёра: одни движения заставляют публику аплодировать ударом, другие вызывают молчание. Я выбираю первое.