Антон ВладимировичТепло окрепло, вода держит двадцать четыре градуса, оболочка икра уже рассосалась, линь начал подбираться к самым мелким окнам в зарослях урути. Сижу на плавучем помосте — слышен шорох подсачека о кромку камыша, значит, стая кормится в метре от корней. Пузырьки поднимаются цепочкой: рыба пашет ил грудными плавниками. На этот сигнал реагируют моментально.
Биология линия
Широкая чешуя спрятана под толстым слоем слизи, в которой содержится муцин — природный антисептик. Летом слизь становится гуще, она защищает от сапролегнии (грибок). Рыба потеет жабрами, поэтому остерегается течения и солнечной глади. Кормовая икра хирономид давно ушла, остались миксеры — мелкие моллюски и детрит. Именно этим линь забивает кишечник, становясь неповоротливым к полудню.
Места обитания
На картах глубин ищу плёс, где русло нависает над прибрежным столом и формирует карман с илом. В жару линь стоит там, где толща пропускает мало фотонов, а температура не превышает двадцать шесть градусов. Нередко нахожу его под плотными шапками сальвинии: пальцем тронь — клуб пыли, значит, дно рыхлое. Кувшинки с гладким черешком отпугивают рыбу меньше, чем жесткие стрелолисты, поэтому ставлю якорь под «ковром», а не в окне.
Снасти и прикорм
Работаю штекером девять с половиной метров, вершинка мягкая, из графена — материал легок, упруг. Основная леска флюор (фторполимер), диаметр 0,14. Поводок капронового типа со шкалой разрывной нагрузки 1,2 кг. Крючок № 10, укороченное цевьё исключает «шубу» из мотыля. Скользящий оливин (груз-олива) шестигранный: сечение сдвигает центр тяжести, позволяя опускать насадку на кроватьмку ила, а не в ил.
Прикорм готовлю за сутки. Базу составляет ферментированная пшеница, молочная кислота притягивает линя быстрее, чем жареный подсолнечник. На каждые четыре части крупы добавляю одну часть глицирризина — выжимка солодкового корня даёт сладковатый фон. Последний штрих — эфир шиферной мяты (Mentha longifolia) пять капель на килограмм смеси, аромат схож с запахом тины после грозы. Шар формирую ладонью, с усилием вдавливая смесь, иначе она рассыплется до дна не достигнув.
Поклёвка выражается тремя пузырьками, затем антенна поплавка погружается на полмиллиметра и замирает. В этот момент придерживаю штекер, веду на себя ровно десять сантиметров — линь окончательно обсасывает мотыльный пучок, антенна ложится. Подсечка размашистая, бесшумная. Рыба давит брюшными, стараясь уйти под ил. Делаю «амплитудный маятник»: фрикцион приоткрыт на пятнадцать процентов, удилище высоко, грузильная система не трещит. После второй свечи беру подсачек: сетка из силикона не стирает слизь.
Летом линь вяжет узел судьбы с часом перед рассветом и последним лучом перед закатом. Килограммовый экземпляр под шершавым лататником — лучший довод в пользу тихого шага, тонкого повода и терпения.