Антон Владимирович
Рассвет окрашивает водную гладь янтарём, и пока подъёмник тумана ползёт вдоль камышей, я уже пробираюсь к бровке. Река дышит, выдавая редкие всплески уклейки. Опыт подсказывает: пробный заброс покажет настроение хищника.
Щука властительница ям
Зубастая любит коридоры между корягами и кромку травы. Вода ниже 15 °C поднимает аппетит, щука выходит из укрытий днём, ближе к полудню. Я продаю вертушку с длинным лепестком, чередуя равномерную проводку c короткими дёргами. Флюорокарбон ставлю не тоньше 0,45 мм, иначе резкий удар режет любую монолеску. Термин «нальбин» — локальное название ясного окошка в траве, именно такое окно приносит трофеи свыше пяти килограммов.
Лещ и его свита
С заходом луны на фарватере наблюдаю характерные «пятаки» — круги на поверхности, выдающие леща. Рыба поднимается к верхним слоям за кислородом и мидиями дрейссены. Донка с кормушкой-«пружиной» и смесью жмыха, карамельной мелассы, сушёного жука-златки удерживает стаю под лодкой. Плотва подходит первой, но через двадцать минут тяжёлый бронзовый бок занимает кормовое пятно. Крючок №10, поводок 0,12 мм, насадка — три опарыша, облитые анисовым маслом. Техника «пелюстный дождь» — медленный выпуск прикормки из ладони — собирает даже капризного язя.
Ночной сумрак сома
Когда гирлянды городских огней едва мерцают за прибрежными ивами, я бросаю квок тяжёлым эхом. В ответ вода выдаёт глухой бубенец — костный слуховой аппарат сома реагирует на низкочастотные колебания. Трофейный усатый живёт под свалом с ракушкой, где температура стабильна. Снасть простая: шнур 0,6 PE, поводок из кевларовой косы, крючок-кованый «самурай» №7/0, наживка — подрезанный карась. Вываживание превращается в борьбу со вьюгой мышц, приём «поющий кнут» — пружинящий подсачек, удерживаемый под углом сорок пять градусов — гасит рывки.
Окунь ведёт себя стадно, поэтому поисковая блёсна-«каспийка» с полосой флуора надёжно вскрывает котёл. Стоит приманке пройти вдоль гряды ракушечника — полосатые разбойники впечатываются без раздумий. Я сразу отпускаю особей до пятнадцати сантиметров, берегу популяцию.
Зима приносит глухозимье — период слабого клёва. Лёд звенит, кровь остывает, но даже тонкая мормышка-«капля» с мотылём иногда соблазняет окуня и ерша. Весенний разлив диктует снижение веса огрузки, летняя жара — ранние рассветы, осень — время тяжёлых джиг-головок. Каждый сезон подкидывает задачи, и разнообразие речной рыбы удерживает меня у воды год за годом.