Антон Владимирович
Я провожу половину жизни на границе воды и воздуха, наблюдая полосатого разбойника с ранней зорьки. Понимание его ритмов приходит с годами: всполохи малька у свала, сдавленный «чавк» всплеска, лёгкое дрожание вершинки — сигналы, на которые реагирую мгновенно. Перейдём к практическим приёмам.
Зимний период
Первый лёд одаривает нагибистого хищника азартом. Я беру лёгкую удильник-балалайку с леской 0,12 мм и мормышку «гвоздешарик». Секрет в микроколебании: амплитуда ниже трёх миллиметров, частота пять-шесть герц. Такой рисунок провоцирует окуня на короткой дистанции, когда температура воды всего четыре градуса. Для крупных особей использую «чертя» формы «медуза» с впаянным крючком № 16 и точкой окуниного спектра — малиновой бусиной. Обрывы на газовой шкурке лунки предотвращаю кевларовым поводком толщиной 0,04 мм: материал не дубеет при −25 °C.
При пасмурном небе и давление ниже 740 мм рт. ст. хищник смещается к участкам с мшанковыми (Fontinalis) куртинами. Я сверлю лунки гребёнкой через пять метров, чередуя глубины. Акустическое приманивание использую редко, предпочитая тишину: звук ударов пешни утрамбовывает рыбу в донный слой.
Летний период
Тёплая вода раскрывает иной сценарий. На заре окунь собирает малька в «котлы» у кромки кувшинок. В ходу у меня спиннинг класса Light, тест 3–10 г, шнур #0,6 PE. Из наживок ценю вертушку № 1 с лепестком «аглия», окрашенным под жука-плавунца: ультракороткие вспышки порождают эффект стробосвета, вводящий хищника в раж. При штиле ставлю воблер-минноу 70 мм, суспендер, киль травяной формы гасит лишний шум при твичинговых рывках.
Дневной знойой загоняет полосатого на бровки. На глубине четыре-пять метров работаю джигом: шар-груз 6 г, офсет № 2, виброхвост «mullet tail» цвета зелёной тыквы. Угол проводки удерживаю в пределах 30° к горизонту, шаг — два оборота катушки плюс пауза до касания дна. Пауза создаёт фазу парения, напоминающую омуля в агонии, что сильно раздражает окуня-кабана.
Приготовление трофея
Свежий трофей с пахучей слизью отдаёт ледяной рекой, внутри забиты стальными ручками. Разделываю прибрежным филейником с клинком 17 см. Шкварчу на чугунной сковороде, смазывая дно медвежьим салом для орехового аромата. Хребет, седло и голову вывариваю для ухи: добавляю корешки дягиля, трубчатые водоросли, щепотку «умами-соли» (смесь глутамата и сухих грибов). Бульон приобретает янтарь, кости отдают кальций, жидкость мутнеет — признак насыщения.
Снаряжение бережно обслуживаю. После солоноватых вод промываю катушку в дистиллированной воде, сушу на воздухе без прямого света. Шнур пропитывают составом из воска карнаубы и смолы копала, смазка снижает капиллярный эффект, продлевая ресурс волокон.
Для контроля за поведением стаи использую эхолот с функцией CHIRP и отдельным каналом бокового сканирования. Диаграмма даёт чёткое представление о высоте коронной отметки стаи, поэтому регулировка глубины приманки проходит без проб и ошибок.
Ветер силой выше пяти метров в секунду меняет структуру поверхности, формируя стоячие волны, по-научному «клапоиды». Такие борозды дробят свет, делая контуры приманки размытыми. Я увеличиваю яркость флуоресцентной полосы на брюшке воблера, сохраняя визуальный контраст.
Низкое содержаниежание кислорода нередко встречается в заиленных заливах. Использую метод «клокодрог», придуманный архангельскими промышленниками XIX века: деревянный кол стоит в воде, резкий удар палкой поднимает пузырь сероводорода, после чего окунь покидает неблагоприятную зону и собирается возле свала, где его уже поджидает джиг.
При долгом сидении на льду защищаю кровообращение настоем листа бадана и ягод жимолости: напиток укрепляет капилляры, не давая пальцам превратиться в деревяшки. Дробные глотки каждые двадцать минут поддерживают концентрацию, сохранное дыхание и ясную реакцию при подсечке.
На закраинах лесных озёр люблю использовать тихую лодку «электро-ялик» с литий-фосфатным аккумулятором. Отсутствие вибрации избавляет от сейсмоотпугивания, о котором мало говорят, но который влияет на поведение окуня при глубине меньше двух метров.
Вкус битвы с полосатым хищником складывается из нюансов: правильный темп проводки, внимание к барометру, щепотка дерзости и уважение к воде. Я беру из природы ровно столько, сколько способен приготовить за вечерний костёр, оставляя реке право жить.