Антон Владимирович
Открытая гладь вдохновляет и одновременно проверяет рыбака на хладнокровие. Мой опыт инспектора промыслового надзора и инструктора по спасработам показывает: самая ценная часть улова — возвращение живым.
Проверка снаряжения
Перед выходом я прохожу стандартный чек-лист. Рундук открывается первым: страховочный жилет класса 150N, термо лайнер с вспененным неопреном, сигнальный буй, водонепроницаемый фонарь с ксеноновой колбой. Далее — бортовой тензодатчик крена, показывающий угол до опрокидывающего момента. При малейшем люфте крепёж возвращается в мастерскую, иначе прибор превратится в сувенир.
Груз раскладывается симметрично. Кормовую батарею и контейнер с приманками сажаю на одну диагональ, запас пресной воды — на противоположную. Лёгкие предметы уходят выше ватерлинии, тяжёлые опускаются к килевому балласту. Лодка тогда ложится на волну без капризов.
Маневры и посадка
При посадке экипаж встаёт лицом к продольной оси, колени полусогнуты, хват за привальный брус мягкий, без рывка. Угол крена читаю по индикатору: 5° допускается, 7° — предупреждение, 9° — стоп. Шаги синхронны, чтобы не родить паразитную раскачку. На ходу держу скорость ниже трети мощности двигателя, пока ряды снастей не уйдут под банку. Только после стабилизации вкручиваю газ.
Разворот выполняется петлёй, а не резкой «пяткой». Принцип простой: радиус больше длины корпуса в четыре раза — тогда центробежная нагрузка распределяется равномерно. В штилевой зеркальности разница незаметна, однако порыв свыше 6 м/с превращает неправильный поворот в удар молотка по борту.
Удар стихии
Во время шторма воздушный столб над водой образует анемоксин — слой холодного ветра, усиленный испарением. При такой обстановке оголённые пальцы теряют чувствительность за шесть минут. Термо лайнер сберегает тепло, а наружная куртка с прорезиненным швом блокирует капиллярное втягивание воды.
Сектор спасения помечен в навигаторе заранее. Координаты ближней бухты, вторичные точки дрейфа, глубина гиполимниона — каждый пункт уже в планшете. Электронный сигнал проходит через сети Iridium, даже при обесточивании корабельного аккумулятора карманный трекер выдаёт двадцать часов автономии.
Человек за бортом. Сигнал — крик или удар клонка по палубе. Лодка переводится в нейтраль, буй уходит в воду быстрее трёх секунд, мотор поднимается, чтобы винт не изранил пострадавшего. Спасатель ложится на ровный борт, страхующий удерживает лямку. Подняв рыбака, сразу надеваем термоодеяло: теплопроводность воды в двадцать пять раз превышает воздушную, организму тяжело вернуться в рабочий режим.
Финальная часть рейда — очистка снастей и повторный осмотр корпуса. Мелкие трещины закладываю эпоксидной смолой прямо на месте, пока они не проглотили влажность. Летучая смесь ацетон-стирол испаряет влагу даже из пор микродефекта.
Безопасность — не амулет, а серия привычек. Лодка отвечает взаимностью: уважай её грузоподъёмность, берегись глиссера, шутки с алкоголем оставь берегу. Тогда утро встретит не тревогой поисковой группы, а туманом, сквозь который слышно, как щука режет верхний слой воды.