Антон Владимирович
Весенний синеватый лёд трескается, и через брешь в панцире разливается подлёдная жизнь. Первые проталины выступают, словно окна в новый сезон, сигнализируя: пришло время лёгкой поплавочной удочки.
Тончайшая оснастка
Держу в руках мах длиной пять метров, собранный на бланке высокого модуля CF-110. Строй быстрый, хлыстик отрабатывает даже три граммовый поплавок. Основная леска 0,10, поводок 0,07. Дюралевый свинец заменяю вольфрамовой дробинкой для миниатюрного подпаска: плотва любит медленное падение насадки. Храню поводки в «поводочнице» (маленький пенал с паралоновыми сегментами) — смена занимает секунды.
Зона кормёжки
Ранним утром ищу участки с обратным течением возле камышовой рампы. Чтобы не распугать стаю, пользуюсь длинным подсаком-укрытием. Прикормка нескучного цвета: тёмный хлебный бисквит, толчёный мотыль, корица в микродозах — аромат, напоминающий рыбе тину после вскрытия льда. Для стартового пятна замешиваю «зефировку» (поверхностный корм из кукурузного крахмала) — облако пылит и собирает рассеянных разведчиков.
Темп и подача
Подбрасывают шары величиной с грецкий орех каждые семь минут. По сигналу, когда поплавок едва дрожит, притормаживаю леску, и насадка зависает словно снежинка в прозрачном объёме. Чуть-чуть шевеленки — и серебряная пластинка плотвы замечена окулярами полувековых поляризованных очков.
Работаю на опарыша «бутерброд»: красный, белый, кусочек чёрного мотыля. Контраст вызывает импульс атаки. Крюк №18 марки G-Carp, жало химической заточки. Сопротивление акустическое: рыба ударяет, слышен перезвон проволоки в пальцах.
Классический багорик отдыхает: подсачиваю каждую рыбу, избегая разрыва хрупкого поводка. Плотва после зимнего голода неистовствует, поэтому стравливание лески через пальцы напоминает выпускание воздушного змея в свежий ветер.
Температура воды поднимается до шести градусов. Феромоны, выброшенные первыми самцами, сжимают стаю. Я перестраиваюсь на ловлю в полводы: отщипываю подпасок, перезагружаю огрузку, поплавок поднимается на сантиметр.
Поклёвка превращается в короткое встряхивание антенны. Сразу резкий взмах — и плотва описывает серебряную дугу над зеркалом. Ловлю продолжаю до обеда: после полудня вода мутнеет, активность стихает.
Уношу домой не больше десятка ладошечных рыб. Остальные возвращаются в стихию. Весной плотва — хрупкий ресурс, и спортивная мера удерживает баланс популяции.