Антон Владимирович
Каждый раз, переходя влажную линию прибоя под свист чайки, я ощущаю хищное любопытство к серебристому рою кефали. Температура воды в предрассветной бухте держится у отметки 21–23 °C, прозрачность достигает шести метров. На такой глубине рощи устремляются к донным водорослям, выстригая их острыми нотами, а затем поднимаются к поверхности за планктоном. Мой дневник улова фиксирует рекордные поклёвки между второй и третьей фазой лунного диска, когда гравитационная волна усиливает прибрежный тягун.
Базовое условие успеха — тишина. Подводный слух кефали сродни резонатору, звон металлических предметов пробивает водяной столб мгновенно. Сапоги ставлю на гальку без скрипа, катушку смазываю силиконовой смесью с отрицательным коэффициентом вязкости, чтобы исключить шелест бортика.
Где искать кефаль
Кефаль держится над пятнистым участком дна, где тёмные полосы водорослей чередуются с песчаными карманами. На эхолоте такая зона выглядит мраморной мозаикой. Судак покидает эти места при усилении волнения, а кефаль, наоборот, собирается плотнее, подражая своему гампрессору — морскому силеру. Поэтому захожу в воду, когда склизкая волна уже причесала кромку, но ещё не сбила подвесную мути.
Для стационарной ловли выбираю искусственный риф из старых бетонных плат, стоящий под углом к течению. Пролёты между плитами создают каверны, где кефаль ищет укрытие от дельфинов. Заброс веду поперёк струи, поплавок скользит вдоль кромки рифа, пока шайба грузила не опустится в шёлковистый ил — так наживка оказывается на высоте одной ладони над дном.
Снасти и приманки
Оснастку собираю на утреннем песке. Катушку ставлю безынерционную размером 2500, шпуля принимает плетёнку 0,14 мм с разрывной нагрузкой 8 кг. Флюрокарбоновый поводок длиной метр гасит удар, когда рыба делает первый рывок. Крючок типа China №4 с кованым жалом прошёл ручную правку надфилем. Из наживок лучше всего труд-креветка — я снимаю панцирь, оставляя концевую рачью кисть, издающую феромоновый шлейф.
Поплавок — пинпойнтер с интегрированным акселерометром, при касании киля к губам рыбы сенсор подаёт вибросигнал в рукоять. Такая техника пришла из трофейного сиабасинга. Дополняю систему скользящим грузилом oliva, отдавая приоритет невысокой парусности оснастки. При глубине до трёх метров хватает шести граммов свинца.
Поведение рыбы
Кефаль редко бьёт резко. Сначала ощущается лёгкий дрожащий контакт, затем поплавок ложится, будто кто-то срезал леску. В этот миг вяжу короткую подсечку, тяну снасть в сторону берега под углом сорок пять градусов и фиксирую фрикцион на пол-оборота. Одомашненные мышцы рыбы работают как гидравлический цилиндр: первая свечка способна вытащить из рук неопытного брентоперхи. Хинт: держите бланк под углом шестьдесят градусов к воде, используя гибкость вершинки для амортизации.
После трёх-пяти минут сопротивление гаснет, рыба ныряет головой в подсачек. Вес среднестатистических особей в моей статистике — 600–900 г, однако среди них случается и солидный «венценосный» экземпляр до полутора килограммов. При транспортировке кладу рыбу на слой влажных водорослей: так от слоевища исходит йодистый пар, блокирующий окисление слизистой оболочки.
Финальная часть ритуала — кухня. Кефаль показываетт пряный травяной аромат, если запекать в обмазке из соли «флёр де мер», маклера и тёртого кориандра. Луска расплавляется, образуя карамельную корку. Костлявость снижается после пятнадцати минут маринования в лимонном соке. Трофей с бархатной кровью закрывает круг: море кормит, море учит, море любит точность.