Антон Владимирович
Расставляю снасти в предрассветных сумерках: туман стелется по фарватеру, течение воркует, будто раскатистый барабан. Жерех уже бьёт малька, громыхая всплесками, — точный сигнал к началу охоты. Воды насыщены кислородом, температура держится в 12–14 °C, хищник энергетичен, ловля выходит динамичной.
Снасти без излишков
Спиннинг классу M Fast, длина 2,6 м: оптимальный рычаг для дальнего заброса и резкой подсечки. Бланк из графена-карбона гасит удар (микрорезонанса меньше, чем у чистого графита). Катушка 3000 по Shimano-градации, передатка 6,2:1 — ускорение вымотки благоприятно для поверхностных рывковых подач. Шнур #1.0 PE, флюоро 0,28 мм — абразивостойкость важна при контакте с ракушкой-дрейсеной. Карабин — «палома» из тонкой нержавейки, масса 0,18 г, не сбивает игру лёгких приманок. На шнур ставлю «амортноды» (эластичные флуорокольца, гашу стартовый рывок трофея).
Приманки мая
Главный козырь — кастмастер 14 г, латунное тело, отшлифованное до зеркала: в пасмурье вспышки света провоцируют атаку. Вторая позиция — воблер-ползунок (walker) 80 мм, шумовая капсула с вольфрамовой дробью создаёт тембральный «таксилиат» (акустический след, слышимый через боковую линию рыбы). Третий номер — силикон «слаг» 110 мм на офсете 2/0, монтаж «чебурашкой» 10 г. На затишках «слаг» идёт в толще, имитируя полупарализованного подуста — лакомство жереха после нереста. Цветовая гамма: «песочный голограф» при ясном небе, «хайтек-мох» при мутной воде. Свинцовые грузики меняю на легированную оловянно-висмутовую смесь: меньше токсичности, плотность ≈ 9,5 г/см³, траектория полёта не страдает.
Тактическиеский рисунок
Выставляю корпус под углом 45° к струе, заброс поперёк, форштерт (угол между шнуром и струёй) ≈ 70°. Первые три оборота катушки — форсаж: приманка выходит на глиссирование, оставляет срезанную ракушками волну, похожую на беглянку-уклейку. Далее переключаюсь на «стоп-энд-гоу» 1,5 с/0,5 с. Жерех предпочитает удар в паузу. После поклёвки держу спиннинг низко — так снижаю вероятность свечки-кульбита. Подводку завершаю у травяной косы: рыба стремится туда после атаки. Гаф не использую, беру в подсачек с глубоким мешком: меньше повреждений, отпускаю лентяев весом до 1,5 кг.
Небольшое окно активности длится двадцать минут после первых всплесков, потом поток смещается, мальков сносит. Перехожу на перекат выше по течению, где формируется «конвергенция» — место схождения встречных струй. Там жерех держится вплоть до полудня. За смену делаю около сорока забросов, из них десять–двенадцать результативны. Главный секрет — синхронизация скорости проводки с реальной кинетикой уклейки. Когда железо работает как живое, хищник не размышляет: клюёт, словно рубеж проходит молнию.
Слежу за атмосферой: при скачке давления > 5 мм рт. ст. за ночь активность падает. Тогда выручает микро-твичинг воблера, создающий «жар-звук» — вибрацию в диапазоне 150–200 Гц, улавливаемую ампуллами Лоренцини (электрорецепторами) рыбы. Метод спасает трофейный день.
Закончить смену люблю за чашкой дымящегося таёжного ивана-чая на берегу. В кармане пару гладких кастмастеров, покрытых шрамами от зубов: говорящие трофеи майского рассвета.