Антон Владимирович
Ранняя весна встречает любителя поплавка шумной водой и вспухшими коряжниками. На первый взгляд плотва в такие дни пуста: ни котлов, ни россыпи пузырьков. Однако опыт подсказывает, что стая прячется под береговыми урезами, прогреваемый лучами, и держится там до набора половодья.
Поведение в половодье
Потоки талой воды приносят кислород, легкие питающие организмы и замутнение. Хребты рыб ощущают перемену гидростатики, кардинально меняют траекторию миграций. Утренние скопления чаще держатся в плёсе, где скорость струи падает до 0,1–0,2 м/с. После полудня стая подбирается к отмелям шириной ладонь, собирая сбитую турбулентностью мотыля. В такие часы поплавок дрожит едва заметно — плотва берёт наживку, продолжая перемещаться, а не замирая на точке.
Зрительный орган рыбы реагирует на уровень инсоляции быстрее, чем думает человек. По моим наблюдениям, при освещённости выше 15 000 люкс клюёт лишь на протяжных потемках под нависшими ивами. Там задействуется фотопротекторный окрас, выдающий серебро в синеву.
Снасти и монтаж
Длинный мах Pure Feather длиной 7 м оправдал себя десятки раз, ведь дистанция подачи колеблется в течение дня. Толщина поводка 0,08–0,1 мм, прижимаю его к воде пастой с вольфрамовой пудрой — так участок под поверхностной плёнкой становится малозаметным. Поплавок «каре» 0,4 г держит насадку в провальчиках между струями. Крючок №18 с длинным цевьём. Двойная дробинка «балерина» образует агатовый строй проводки: конец огрузки сильнее прижат к дну, верхняя дробинка скользит свободно, задавая амплитуду.
Для ароматизации прикормки применяю ферментированный керн «дундач» — прессованные оболочки семян конопли, выдержанные при 38 °C. При контакте с водой они дают кисловатый шлейф, провоцирующий жаберное дрожание у рыб семейства карповых.
Тактика на водоёме
Расставляю точки с рассветом. Сначала прокармливаю три сектора: под урезом ледяной кромки, на свале к ямке и на ровной бровке за кустом омутника. Интервал между закормами — десять минут. Прикормочный шар величиной с мандарин падает без всплеска, такую задачу решает влажная глина марки «колыма». После трёх циклов корм перестаёт фонтанировать пылью, вода прозрачна.
Поклёвка выражается микроколебаниям антенной, напоминающим тирбушон. Удерживаю поплавок пальцем, подсекаю без амплитуды, стравливая часть лески вниз. Подъёмник вынимает добычу из слоя быстро, не пугая остальную стаю.
При резком падении барометра пользуюсь вершиной «вейдеринг» — термическая плавающая платформа из ЭВА. Она выносит меня за линию кромки травы, где кислород выше благодаря прибою. Оттуда захватить проходящую стаю проще.
Самки свыше 120 г возвращаются в воду без задержки: икра в них ещё молочная, ранение мешало бы пополнению запасов. Лучше забрать среднюю рыбу, вкус у неё мягче, кости нежнее.
Для фиксации рыбы в кукане использую «турман» — шнур из поливинилсилоксана, он не впитывает запах и не травмирует жабры. В походной коптильне на можжевеловой щепе плотва набирает янтарь за сорок минут.
Каждый апрель приносит новый сценарий. Ориентация по температуре, цвету воды и скорости струи открывает верный код клюва. Тонкие снасти, дозированный корм, тишина — три кита, на которых держится успех.